Всадники со священной горы

Бокхорис продержался недолго; Манефон говорит, что его сжег живьем Шабака, наследник и младший брат Пианхи. Сожжение, быть может, и придумано, но Шабака действительно положил преждевременный конец Бокхорису и его династии. Кушит завоевал весь Египет, перенес свою столицу в Фивы и правил как царь Египта и Куша.

На этом пункте мы приобретаем новые источники информации. Самый важный исходит из Ассирии, которая пролагала себе путь к мировому господству в серии кровопролитных войн в Западной Азии. С этого времени мы можем видеть Ассирию и Егпет также и глазами израильтян. Книги Царств рассказывают об ассирийском терроре и о «надломленном тростнике» Египта, на который мелкие царьки Иудеи и Израиля пытались опереться в борьбе за независимость против яростных воителей Саргона и Синаххериба. Египетские надписи придерживаются характерного молчания относительно Ассирии.

То было время Осии, когда Саргон II увел Израиль в плен и Египет не прислал помощи. Имя египетского фараона в Книгах Царств нельзя отождествить ни с кем из правивших в то время в Египте людей; он мог быть вице-королем или генералом. Позднее, возможно при Шабаке, происходит первая встреча двух держав — Ассирии, молодой, надменной, на ранней заре своей мощи, и Египта, ветхого колосса, который 3 тысячи лет возвышался над Востоком. Синаххериб Ассирийский повел свои армии на Иерусалим, и, когда египетские солдаты пришли защищать своего временного союзника, ассирийский царь посмеялся над ними, используя знакомую аналогию сломанного тростника. Но чума — или вмешательство Господа — опустошила ряды ассирийцев, и армии пришлось отступить, не дав сражения. Критическое столкновение было еще впереди.

Шабаке наследовал его брат Шабатка, а ему, в свою очередь, наследовал второй и последний из великих кушитских царей — Тахарка. Он оставил в разных частях Нубии несколько стел, поэтому мы знаем о нем больше, чем о некоторых его предшественниках. Тахарке было только 20, когда старший брат избрал его соправителем, и 25, когда он начал править один. Его пирамида — крупнейшая в Напате, но она кажется патетически маленькой даже в сравнении с царскими гробницами Среднего царства. Несмотря на плохую конструкцию, пирамиды Напаты еще стоят на равнине близ Священной горы, Джебель-Баркаль. Они находятся в полуразрушенном состоянии и выглядят странно из-за того, что угол наклона граней круче, чем стандартный 52-градусный угол египетских пирамид. Все они в древности были ограблены, в наше время их раскапывал Рейснер, которому точные и утомительные методы позволили реконструировать генеалогию многих поколений кушитских царей.

Прежде чем Тахарка занялся своей пирамидой, ему пришлось столкнуться с другими проблемами. Фивы, на его вкус, располагались слишком далеко на юге; большую часть времени он жил в Танисе, где, как можно предположить, было удобнее наблюдать за опасной активностью ассирийцев. Синаххериб, бич Иерусалима, был мертв, но Асархаддон, его сын, был еще более грозным воителем. Ему пришлось иметь дело с рядом восстаний среди вассальных городов Финикии, в некоторых из них мы можем разглядеть тонкую нубийскую руку Тахарки. Попытки отвлечь ассирийцев только откладывали неизбежное. В 671 г. Асархаддон двинулся маршем на юг, гоня армию Тахарки перед собой, пока наконец не оказался под стенами древнейшего Мемфиса, столицы Менеса. Есть доля истины в мрачном отчете ассирийского царя об этой кампании; египетские архивы, нет нужды говорить, красноречиво молчат о событиях. Асархаддон отдает Тахарке должное; битвы были кровопролитными, и он лично нанес не менее пяти ранений кушитскому царю. Доблесть Тахарки ни к чему не привела. Ассирийцы взяли Мемфис и сровняли с землей его легендарные стены. Среди пленников оказались женщины из гарема Тахарки и его старший сын.

1 2 3 4 5 6