Последний из рамессидов

Его наследник на высоком посту был крупной фигурой. Здесь предвидимый конфликт между жречеством и верховной государственной властью сокращается до реальных пропорций, ибо Херихор, сделавшийся воплощением и того и другого, не был, начать с того, бойцом одного из лагерей. Он был солдат и, поднявшись до ранга вице-короля Нубии, командовал большой, сильной армией. Пост первосвященника был скорее дополнением к его престижу, чем его источником. Когда он добавил титул первосвященника к своему военному рангу, он получил больше престижа, чем любой человек в Египте, исключая фараона, и больше реальной власти, чем любой человек, включая фараона. Было только делом времени приспособить функцию к факту и взобраться на трон — с задней стороны.

Херихор был достаточно благоразумным человеком. Вероятно, он покровительственно разрешил Рамзесу XI, жалкому призраку прежнего величия, сохранить корону до конца жизни, хотя потомку Рамзеса III мелкие унижения от выскочки-жреца могли казаться хуже смерти. Рельефы на стенах одного из святилищ в Карнаке рассказывают обо всем с иронической ясностью, которая не требует слов. Во внешних дворах первосвященник узурпирует функции фараона и приносит жертвы от своего лица; во внутренних дворах, построенных позже, он узурпирует корону и картуш. Так проходят Рамессиды — без слез и почестей, но не без песен и преданий, благодаря второму и третьему носителям униженного теперь имени.

1 2 3 4