Народы моря

Человек, который вскарабкался наконец к трону Гора, не был мускулистым фараоном-воителем. Изысканная двойная корона скрывала лысину, но линии парадного платья безжалостно выдавали пухлый живот — корсетов в Древнем Египте не было. Мернептах занимал трон всего 5 лет, когда получил весть, которая ускорила потерю немногих оставшихся у него волос.

Почти два столетия военные амбиции Египта были направлены к Сирии и на восток. С тех пор как ярость Яхмоса гнала бегущих гиксосских захватчиков в Палестину, именно в этой области возникали наибольшие трудности и самые насущные опасности. Битвы в Нубии, на юге, и с ливийцами, к западу от Дельты, были всегда, но то были мелкие стычки в сравнении с угрозой великой коалиции сирийских князей и восточных империй — Митанни и хеттов.

Теперь статус-кво начало меняться, и резко меняться. Новый ветер подул у границ изолированного зеленого египетского острова, ветер холодный и едкий от северной ярости. Непосредственная угроза Египту, как гласили вести, достигшие пожилого царя в марте пятого года его правления, исходила из пустынных областей к западу от Дельты, которые были заняты различными ливийскими племенами. Марайе, царя ливийцев, гнала нужда; он вел не только своих воинов, но всех людей своего племени, женщин и детей, со скотом и скарбом. Однако угроза ливийцев была не новой. Новым и тревожным было присутствие среди военных союзников Марайе чужих народов, имевших странные имена: акаваша и лука, турша и шеклеш. Возможно, они не будут звучать так странно, если привести их общепринятые ныне эквиваленты: ахейцы и ликийцы, тирренцы и сицилийцы.

В египетских архивах все эти племена названы народами моря. Мы знаем их из истории Греции, а также Италии, если тирренцы действительно предки этрусков. Как они сделались союзниками ливийского вождя, остается тайной, но кажется, что происходило брожение, тревога и великое движение народов через Малую Азию. Древняя империя хеттов зашаталась на своем фундаменте; Мернептах послал в страну зерно, чтобы облегчить жестокий голод. Немного подумав, мы можем проследить большую часть народов моря до их родины в Малой Азии. Тирренцы перед эмиграцией жили в Лидии, ахейцы, возможно, обитали в микенской колонии Милет к югу от Лидии.

Если голод и общая неразбериха, отмеченная в хеттских хрониках этого периода, затронули всю территорию Малой Азии, «народы моря» могли быть вынуждены к переселению голодом или давлением других племен с тыла. Каковы бы ни были мотивы, они и ливийцы представляли собой внушительную угрозу Египту, и Мернептах искал совета у богов.

Боги его ободрили. Сам Птах явился царю во сне и протянул ему меч. Следуя этому символическому совету, Мернептах послал армию. Мы не можем осуждать его за неучастие в походе, он, вероятно, был уже слишком стар и слишком толст для упражнений такого рода. Но победа, с ортодоксальной точки зрения, была даром богов, которые использовали людей и оружие как инструменты, так что успех был вполне справедливо приписан контакту Мернептаха с божеством. Свыше 6 тысяч врагов было перебито, 9 тысяч взято в плен.

1 2 3