Освобождение

По крайней мере, так интерпретируют ситуацию некоторые ученые. Психоанализ целой нации — дело деликатное, особенно когда все представители этой нации обратились в прах тысячелетия назад. И очень трудно найти видимые следы «комплекса преследования» в блестящих столетиях, которые последовали за гиксосами. В материальном смысле вершина египетской культуры была еще впереди. В духовном и интеллектуальном — это другой вопрос, и достаточно сложный.

Основатель XVIII династии, которая начинает так называемое Новое царство, или период Империи, был скромно упокоен среди своих предков на древнем кладбище фараонов XI династии в Фивах, позже почти полностью разрушенном. От Яхмоса не осталось почти ничего, кроме мумии, которая была найдена в великом секретном хранилище царских мумий в конце XIX столетия. Теперь она в Каирском музее.

Что особенно поражает нас в новом фиванском царском семействе, так это необычно важная роль женщин. Яхмос был необыкновенно предан своим близким женщинам; он не только чтил жену и мать, но среди множества войн находил время для трогательных воспоминаний о своей бабушке. На стеле из Абидоса изображены Яхмос и его царица в большой приемной палате, они говорят о способах почитания мертвых. «Я помню мать моей матери и мать моего отца, — задумчиво произносит царь, — супругу великого царя и мать царя, Тети-шери». Хотя у нее уже были гробница и часовня, он решает построить другие, больше и лучше, «ибо он так сильно любил ее, больше всего на свете».

Она была очаровательной юной девушкой, эта Тети-шери, прежде чем стала бабушкой. В Британском музее есть ее маленькая статуэтка, которая показывает тонкое задумчивое лицо в обрамлении одного из самых красивых женских головных уборов в мире. Это, высокомерно утверждают художественные критики, пример нового элегантного художественного стиля периода Нового царства, но, когда смотришь на нее, не думаешь об ученых критериях, ее очарование кажется универсальным.

Генеалогии этого периода остаются довольно запутанными, так что мы не знаем, кто из фараонов наслаждался обладанием такой прелестной женой. Кто бы он ни был, Тети-шери пережила его; она видела, как ее дочь выходила замуж за Секненру Храброго. Ее внучка, Яхмос-Нефертари, вышла замуж за собственного брата Яхмоса. (Период насчитывал массу Яхмо-сов, я отметила только нескольких.) Супруга Яхмоса была красивой женщиной и настоящей царицей, которую позже обожествили.

Поскольку Тети-шери стала родоначальницей этой линии царственных дам, мы можем допустить, что они унаследовали ее красоту и очарование. Но вероятно, не за одно очарование их помнили так долго и чтили так высоко. Была ли причиной их важная роль в наследовании трона? Такова общепринятая теория. Я лично ее не принимаю; другие царицы в других династиях имели бы такую же важность, если бы наследие через женщин существовало на деле (этого я тоже не принимаю). Я подозреваю, что качество, отличавшее цариц и принцесс ранней XVIII династии, — это то, что мы называем индивидуальностью. В следующей главе мы увидим, что произошло, когда праправнучка Тети-шери решила применить на деле свою долю семейного характера. Кажущаяся хрупкость и мечтательность этих женщин обманчивы. Они были супругами царей и солдат; Тети-шери, будучи еще молодой женщиной, могла видеть изуродованное тело сына, принесенное домой с поля битвы, и наблюдать из дворцового окна, как ее внуки, в свою очередь, уходят на войну. Быть может, она разжигала их пыл, как делали это такие же хрупкие и кровожадные дамы американской Конфедерации. Согласно тексту стелы, найденной в Карнаке, царице Аахотеп, супруге Секненры Храброго и матери двух великих воинов, пришлось однажды возглавить войска, чтобы положить конец мятежу. Хотелось бы больше знать об этом событии; вероятно, это было любопытное зрелище.

1 2 3 4 5 6
Связанные статьи